Обращение Креймера к «завербованной» личности

Опубликовано: 17.09.2011 автором
Tweet

Понятно, что человек, взятый в подобном положении и состоянии, в аспектах ультимативного бытия, предстает и выявляется чисто по-человечески (как личность, характер) не совсем так, как в своей обычной жизни. Какие-то его личные и притом, может быть, очень важные свойства, качества теряют свое значение, «не считаются» в подобной ситуации. В его жизни возникает и резко актуализируется иная, новая норма. И он заметно отходит от себя и от прежней полноты и большей для себя свободы и естественности, так сказать, в «штатским», «незавербованном» состоянии.

Именно тогда он и становится человеком картин Креймера, их героем.

И обращение в картинах Креймера к «завербованной» личности, к «завербованности» как к норме, периодически возникающей в жизни человека нашей эпохи, как к требованию времени к человеку,- это несомненно большое и интереснейшее открытие Креймера. Но обращение к «завербованной» личности — это не абсолютная альтернатива всего кинематографа Креймера в целом. Оно характерно главным образом лишь для фильмов, поставленных Креймером самолично. И превращение его в этих картинах в норму отвечает, по всей видимости, каким-то сугубо индивидуальным особенностям таланта самого Креймера. Вероятно, просто человек в таком состоянии «завербованности», повышенно волевого, повышенно целеустремленного и самоограниченного бытия ему ближе и понятней всего. Да, видимо, именно так… Однако таким блистательным образцам раннего кинематографа Креймера, как «Отчизна бесстрашных», «Мятеж на «Кейне», «В самый полдень», обращение к «завербованной» личности вообще не свойственно. Так что оно и вытекает, несомненно, не из самой специфики этого кинематографа, а связано именно с режиссерской манерой Креймера.




Оставить комментарий

rss рассылка kinohistory.ru